Павел Басинский представил на ЛиТРе роман о непростых отношениях Софьи и Льва Толстых

Как жена гения оберегала Толстого от толстовцев, ушла в пожизненный декрет, а по смерти мужа испытала все "радости" медийной травли
Павел Басинский представил на ЛиТРе роман о непростых отношениях Софьи и Льва Толстых

В рамках завершившегося фестиваля «Литература тихоокеанской России» (6+) во Владивостоке прошла презентация новой книги Павла Басинского «Соня, уйди!» Свой четвертый «толстовский» роман писатель выстроил в жанре диалога. Его соавтором выступила питерская поэтесса Екатерина Барбаняга, ставшая своеобразным адвокатом Софьи Андреевны. Как рассказали литераторы ИА PrimaMedia, гендерный подход позволил сравнить мужской и женский взгляды на отношения классика со своей далеко незаурядной (и далеко не мягкой и пушистой) супругой. 

1 / 3

В начале мероприятия Павел Басинский коротко рассказал о предыстории романа и о том, почему на обложке стоит только его фамилия.

— Я не хотел писать так много о Толстом, но как-то увлекся, и вышло уже четыре книги, — рассказал он. — В издательстве мне несколько раз предлагали написать книгу о Софье Андреевне Толстой, безусловно, великой женщине. Я ее называю первой леди русской литературы: ей удалось на полях жизни гения написать собственную биографию.

Фактурой для романа, в частности, послужила переписка четы Толстых. Несмотря на то, что Лев Николаевич редко расставался с Софьей Андреевной и, как правило, на незначительные сроки, только его писем к жене в полном собрании сочинений — два тома. Ее же писем еще больше.

— Я долго не мог приступить к книге, потому что о Софье Толстой должна написать женщина, — отметил Павел Басинский. — Есть некоторые моменты, которые мужчина не может понять. Что такое, родить 13 детей? И половину из них потерять в младенчестве. Что такое, конфликтовать с мужем из-за его мировоззрения? Почему он ушел от нее? А от нее он в 1910 год, будем откровенны, не просто ушел, а бежал. И тогда мне пришла идея написать книгу в диалоге с Катей Барбанягой, с которой мы познакомились на днях поэзии в Твери. Катя была лауреатом премии «Зеленый листок». Она ничего не знала о Софье Толстой. Я считал это правильным, потому что не хотел делать диалог с толстоведкой. Мне нужен был свежий взгляд. Разумеется, Катя прочитала всю необходимую литературу.

По его словам, издатель убрал с обложки Екатерину Барбанягу в маркетинговых целях: книги, написанные в соавторстве, хуже продаются, да и фамилия Басинского — литературный брэнд, солидность которого не пожелали разбавлять менее знакомой фамилией.

— При чтении дневников Софьи я стала понимать, что это действительно личность, которая заслуживает отдельной книги, — рассказала Екатерина Барбаняга. — Это не просто домохозяйка и многодетная мать,  а талантливый писатель и многогранная личность. Она владела двумя иностранными языками, увлекалась изобразительным искусством, фотографией, шила красивые платья. В Ясной Поляне есть вырезанные Софьей Андреевной из дерева скульптуры Льва Толстого, которые очень на него похожи.

Авторы привели некоторые подробности содержания книги. В частности, эпизоды семейной жизни Толстых, получивших диаметральные оценки в дневниках супругов.

— У них было разное отношение к смерти, — сообщил Павел Басинский. — Смерть их сына Ванечки — поразительная вещь. Он умер, не дожив до семи лет. Считалось, что такие дети становятся ангелами. Для Софьи Андреевны, если судить по записям того времени, это шок, она потеряла часть себя и не знала, как дальше жить. Толстой же пишет коротко: «Благодарю тебя, отец». Он считает это правильным. Два абсолютно разных взгляда, но эти люди живут вместе.

Большую часть презентации заняли вопросы из зала. Так, например, один из посетителей литфеста поинтересовался, почему Павел Басинский перешел от книг о Толстом к биографии Горького и было ли это связано с тем, как Горький защищал Софью Толстую после смерти ее мужа.

— Надо понимать, что на Софью Андреевну тогда обрушились все СМИ, — ответил Павел Басинский. — Злая и жадная жена довела мужа до того, что он в 82 года был вынужден бежать из дома. И тогда сначала Влад Дорошевич написал очерк-панегирик Софье в «Русском слове». А потом и Горький, уже позже, когда Софья Андреевна ушла из жизни, опубликовал о ней потрясающий очерк. В нем он проговаривает очень точные вещи: нужно понимать, что она прожила жизнь с самым сложным человеком XIX века.  А также то, что она, конфликтуя с Толстым, оберегала его от толстовцев. Толстовцы были разные. Были среди них больные люди, которые несли какую-то чушь и, самое главное, просили денег: на обустройство земли и толстовских коммун, на завершение акушерских курсов. Даже на то, чтобы купить револьвер и убить губернатора — и такие просьбы были. Она таких людей за порог не пускала.

Многих интересовали подробности личной жизни супругов и оценка: кто прав, а кто виноват, кто в отношениях жертва, а кто — монстр. Прямых ответов, конечно, не последовало. Авторы заметили, что Софья, особенно в последние годы жизни мужа, использовала попытки суицида как инструмент манипуляции. Кричала, что выпила пузырек с опиумом, заставляя 82-летнего старца взбегать по лестнице, после чего встречала его словами: «Лёвочка, я тебя обманула».

— Была ситуация, когда профессор Снегирев — ведущий хирург — диагностировал у Софьи Андреевны кисту размером с детскую голову, — привел другой пример Павел Басинский. — Она умирала в Ясной поляне. Врач сказал, что до Тулы она не доедет и оперировать нужно здесь. Он идет ко Льву Николаевичу, просит дать согласие. Толстой говорит: «Ну я не знаю, пусть дети решают». А в дневнике своем пишет: «Ну и пусть умирает, пришло ее время». Сам при этом трусит, уходит в лес и просит, если операция будет успешной, чтобы позвонили в колокольчик.

В конце мероприятия авторы раздали несколько книг в подарок зрителям, задавшим самые интересные вопросы, и провели автограф-сессию.

Данная страница не является официальной и новость может быть не достоверной, т.к. скопирована роботом с другого ресурса, на котором в данный момент новость могла быть удалена и исправлена ошибка.
17:15